Футбольное сумасшествие

Мир если еще и не сошел с ума, то уже весьма близок к этому. В этом я еще раз убедился, когда ночью в наших тихих Сокольниках раздавались дикие крики «Россия! Россия!» и государственный гимн вперемежку с «Олле, олле». Народ праздновал футбольную победу над голландцами.

Да, скажу сразу: я не принадлежу к веселому племени футбольных болельщиков. Каюсь и готов признать свою ущербность. Не вижу интереса в слежении за футбольным поединком. Еще меньше понимаю причины вуайеристичного восторга болельщиков. И уж совсем не понимаю беснования фанатов после матча, причем вне зависимости от исхода игры. Согласен, футбол — игра занятная, азартная, играть в него интересно. Но смотреть… Это не в обиду болельщикам — у каждого свое: свои развлечения, свои горести, свои радости. Это даже забавно и по своему трогательно, когда взрослые люди переживают подлинные и сверхсильные эмоции, созерцая беготню за одним мячом двух десятков таких же взрослых мужчин. (Последние, правда, получают за это немалые деньги в отличие от первых, которые деньги на это в основном только тратят!)

Люди, впервые побывавшие на большом футбольном матче, рассказывали потом, что на стадионе они попадают в невероятное «энергетическое поле» — иначе говоря, в атмосферу такого эмоционального подъема, какую редко встретишь в обыденной жизни. Как «энергетические вампиры» они возвращаются на стадион вновь и вновь, чтобы опять испытать состояние эмоционального накала и отрешенности от жизни. Своего рода наркотик. Телевидение, радио и даже просто хорошее воображение позволяют испытать те же ощущения, что называется, «не отходя от кассы» — дома, на работе, в баре, просто при обсуждении тонкостей футбола с такими же знатоками. Хорошо это или плохо? Для кого как. Подобно наркотикам, это дело личное. Это и не хорошо, и не плохо, потому что это вне морали. Просто дело вкуса.

Однако когда личные пристрастия овладевают массами, они получают определенное социальное и культурное звучание. Если о самой любви к спорту, как и вообще о любви, спорить бессмысленно, то о мотивах и последствиях поговорить стоит.

На поверхности лежит один большой минус и один большой плюс футбольных страстей. Минус состоит в очевидной для всех агрессивности значительной части футбольных фанатов. Не стоит даже тратить время на перечисление бесконечных эксцессов во всем мире, вызванных футбольными переживаниями. Футбол становится универсальным поводом для проявления агрессии. Способствует ли он росту агрессивности или только дает ей возможность проявиться — вопрос спорный.

Большой плюс здесь, что имеющаяся природная агрессия болельщиков канализируется в относительно безопасное русло — в футбольные переживания или максимум в легкие уличные беспорядки. Что, разумеется, лучше, чем, например, столкновения на расовой или социальной почве. К тому же футбольной агрессией легко управлять — заранее известны время и место сбора фанатов, маршруты движения, да и своих людей полиция и спецслужбы наверняка внедряют в ключевые центры этих неформальных коллективов. Легкая полицейская и оперативная работа!

Кроме плюсов и минусов, которые лежат на поверхности, есть и более основательные причины относиться к проблеме футбольного фанатизма достаточно серьезно. Система выпуска социального пара через спортивный клапан не единственное политическое использование спортивных настроений. На примере последних российских футбольных побед хорошо видно, как эти победы используются для достижения национального единства. Нельзя не заметить, что первые лица государства и власти на всех уровнях принимают живейшее участие в футбольных страстях и даже сквозь пальцы смотрят на нарушения общественного порядка после матчей. Нарушения, правда, не столь существенные, но достаточные для того, чтобы в другое время привлечь нарушителей к ответственности. Грешно было бы попрекать нашу милицию либеральным отношением к народу, да и не в этом дело. Дело в том, что нарождающееся национальное единство основано не на общих представлениях о свободе, о достоинстве, даже о благосостоянии, а на победах в футбольном турнире. Согласитесь, это немного странно для объединяющей национальной идеи. Единство, основанное на игре, — игрушечное единство.

Единство нации или национальная идея и без того явления совершенно не обязательные, а иногда просто губительные (например, фашизм в корпоративном государстве или коммунизм — в коммунистическом), а уж, основанные на игровой платформе, становятся и вовсе бутафорскими и до предела девальвированными. Впрочем, это происходит не только в России. Но легче от этого не становится. Можно, разумеется, плюнуть на еще одну имитацию национальной идеи, но ведь вопрос в том, кто и как достигнутое единство будет использовать? А как можно использовать единство, достигнутое на столь легковесной основе? Да как угодно.

Меня лично способность наших соотечественников приходить к общественному согласию на базе футбольных побед приводит в некоторое замешательство. Мне и раньше наше общество напоминало детей, увлеченно играющих в песочнице под артиллерийским обстрелом. Какой инфантилизм — неумение отличить игру от реальности, постановочные проблемы от подлинных!

Есть и другая угроза от футбольного фанатизма. Утрата индивидуальности, свойственная поведению человека в толпе. Достаточно посмотреть на заполненные трибуны стадиона или выплески фанатов после игр на городские улицы, чтобы понять, что перед нами не арифметическое количество отдельных людей, а единая, живая, живущая на одном дыхании и по своим законам толпа. Личность в такой толпе растворяется и перестает что-либо значить; а вместе с ней перестают что-либо значить мораль, законы, традиции и простое здравомыслие. Как правило, органам правопорядка удается контролировать ситуацию на стадионах и улицах, но вирус обезличивания и готовность подчиниться толпе постепенно распространяются в обществе вместе с ростом популярности футбольного фанатизма.

Наверное, специалисты, изучающие психологию толпы, смогли бы рассказать больше об опасностях массового футбольного безумия. Я же до сих пор с неизменным удивлением узнаю от своих знакомых — людей интеллигентных, думающих, начитанных и даже пишущих, что они — футбольные болельщики. Я не могу с ними спорить, потому что это дело вкуса — болеть или не болеть. Мне даже становится немного неловко, что я не такой. Они объясняют мне, что футбол — это потрясающе красивое зрелище. Я из вежливости соглашаюсь: да, красивое. Но объясните мне вот что. Ведь художественная гимнастика или балет — тоже красивое зрелище. Почему же после балета толпы возбужденных зрителей не высыпают из Большого театра или Мариинки и не ходят до утра по Театральным площадям в Москве и Петербурге с пением гимна и дикими криками «Российский балет — лучший в мире»?

Неужели дело в том, что футбол красивее балета? Нет, конечно, это разные вещи, и любителям футбола балет не заказан. Балет отличается от футбола тем, чем искусство отличается от зрелища. Искусство тревожит душу и будит мысль; зрелище пробуждает инстинкты и страсть. Ту самую страсть, которой нам так не хватает в обычной жизни. Те самые инстинкты, которые пытается ввести в цивилизованные рамки настоящее искусство. Глядя на сцену, вы следите за развитием сюжета и пытаетесь понять поступки героев. Глядя на поле, вы в полугипнотическом состоянии в течение полутора часов следите за перемещением маленькой точки — футбольного мяча — по полю стадиона.

Согласитесь, это разные вещи. Но пусть будет и то, и другое. Пусть люди играют, смотрят, болеют или чихают на все это. Личный выбор священен. Но когда все общество единодушно придает игре столь серьезное значение, а футбольное «боление» становится национальным явлением, мне кажется, что наша страна возвращается в детство. А детям, как известно, положен мудрый учитель и строгий воспитатель. Мне кажется, учителя и воспитатели давно приготовились и с нетерпением ждут начала работы.


Опубликовано в ЕЖе 25.06.2008 г.